Родные пациентов, скончавшихся в длинные январские каникулы, описали весь ужас, через который им пришлось пройти.

Одна семья направила заявление в прокуратуру и Следственный комитет, где сообщает, что их родной человек фактически умер из-за халатности врачей, оставшись без квалифицированной медпомощи.

О состоянии ярославской медицины сказано немало – и плохого, и хорошего. Плохого, конечно, намного больше. Коронавирус только усугубил ситуацию, вскрыв все язвы российского здравоохранения. Тем не менее, у человека иногда наступает такой момент, когда он просто вынужден обратиться за помощью врачей. И не дай Бог, если это произойдет в праздничные дни, особенно в длинные новогодние каникулы, когда на отдых уходит и значительная часть медперсонала. С этим столкнулись как минимум две ярославские семьи, похоронившие своих близких. Они проходили лечение в ярославских больницах в январские праздники. Хотя в данных двух случаях слово «лечение», возможно, было бы правильно написать в кавычках.

52-летний ярославец Андрей Петров был доставлен на «скорой» в терапевтическое отделение клинической больницы №2 на Суздальском шоссе вечером 24 декабря с подозрением на гепатит.

Как рассказывает теперь уже его вдова Лидия Петрова, скорая была вызвана после того, как на дом приходила врач КБ №10. Она оценила состояние мужчины как среднее – он жаловался на боли в правом боку. Были также желтушность глаз и вздутие живота.

В больнице в ходе обследования был поставлен диагноз – цирроз печени с подозрением на онкологию поджелудочной железы с метастазами в печень.

«Со слов мужа, ему ставили капельницы несколько раз и давали таблетки. Капельницы ставили не каждый день, когда утром, когда во второй половине дня. Вплоть по 31 декабря муж мог сам себя обслуживать - ходил в туалет, кушал немного, пил воду, принимал назначенные таблетки. Температуру и кислород ему не измеряли, хотя он жаловался на одышку. После, когда пациент скончался, я задала этот вопрос лечащему врачу Тузовой, почему не измеряли - она ответила, что не обязана этого делать», - пишет жена умершего в заявлении.

Отгремел новогодний салют, начались длительные праздники. Семья Петровых надеялась на лучшее, тем более, что со слов лечащего врача, беды ничто не предвещало.

«3 января Тузова сказала мне, что лечение идет по плану, планируют 11 января выписать и дать направление в онкологическую больницу на обследование. Начиная с 3 января муж почувствовал себя гораздо хуже - он перестал принимать воду и пищу, ему стало трудно дышать, он начал с трудом разговаривать. Разговаривать мог лишь раз в день, менее минуты…На большее не было сил. Перестал вставать в туалет. 4 января он попросил дежурную медсестру сделать ему укол глюкозы, потому что у него очень сильная слабость…», - описывает происходящее жена больного.

6 января с утра в очередной раз при разговоре с врачом она подчеркнула, что состояние мужа внушает серьезные опасения, надо что-то срочно предпринимать.

«Если надо купить какие-то лекарства дополнительно - куплю, но ваше лечение не помогает. Врач сказала – мол, ну что же вы хотите при такой болезни? В этот же день в районе трех часов дня вместе с дочерью и зятем мы приехали в больницу в приемный покой с продуктами для мужа, попросили вызвать врача на пост охраны для разговора, но охранник сказал, что врача уже нет! Мы попросили, чтобы зятя пустили в палату, покормить и поменять нижнее белье у Петрова, показали охраннику отрицательный результат теста на ковид, сделанный накануне, но охранник пригрозил вызвать полицию, сказал указание заведующей больницы – никого не пускать в палаты. Нам осталось лишь развернуться и уйти», - рассказывает Лидия Петрова.

С 8 января ее муж уже не брал трубку…

«Лечащий Врач Тузова А.А. отсутствовала на работе 7 января, 8 января, 9 января и 10 января! Другого врача, кто бы ее замещал - не было! 8 января с утра, в надежде, что врач на работе, я позвонила на пост дежурной медсестре, трубку взяла медсестра Светлана, которая сказала - врач на работе, делает обход. Я быстро собралась, поехала в больницу, чтобы застать врача», - пишет в заявлении жена тогда еще живого пациента.

Она примчалась в больницу, но там, по словам Лидии Петровой, охрана приемного отделения возмутилась – мол, кто вообще мог такое сказать? Врача не было и уже не будет до 11 января!

«Я в слезах поехала домой. Я потом несколько раз звонила на пост дежурной медсестры, но со мной не желали общаться, просто говорили - что положено, делаем, все вопросы к врачу! И бросали трубку! 9 января на пост дежурной медсестре дозвонилась дочь, попросила, чтобы посмотрели, как Петров – может, уже умер? С сарказмом ответили: так приезжайте и посмотрите!», - описывает женщина развитие этой трагедии.

Наконец, после истерики доведенных до отчаяния родных, к телефону подошел врач. Но представиться, как говорят родные пациента, отказался…

«К телефону подошел мужчина, по голосу мужчина в возрасте…Дочь попросила представиться врача, но он сказал, что представляться не будет! Тогда дочь попросила прокомментировать состояние пациента Петрова А.А. Сначала этот «врач» ответил, что комментировать он ничего не собирается!», - пишет жена умершего.

В конце концов мужчина сказал, что состояние пациента «среднее». Дальнейший диалог, который приводит в обращении жена Андрея Петрова, мы хотим опубликовать полностью:

«Почему в реанимацию-то вы пациента не переводите? Человек уже какает, сикает под себя, перестал есть и пить, он умирает! – сказала дочь.

- Потому как не было ни показаний, ни указаний переводить больного в реанимацию, - ответил мужчина.

- Но он же с 3 января не ест и не пьет, а с 8 января мы не можем до него дозвониться… Как нет показаний?

Мужчина ничего не сказал больше, передал трубку медсестре.

Она добавила:

- Процедуры, что врач назначила –делаем, правда, таблетки Петров не принял, как лежали на столе, так и лежат.

- Да как же он примет таблетки, если он даже попить воды не может? Его срочно надо в реанимацию! – кричала дочь.

И тут медсестра говорит:

- Так реанимация переполнена. Что вы хотите, если сейчас эти проклятые выходные, все отдыхают, ждите 11 января.

Но 11 января для больного Петрова не настало. 10 января ночью он умер…

Жена умерщего считает – мужчина мог бы жить, если бы к нему отнеслись более внимательно, если бы врачи были на рабочих местах. Об этом она говорит в своем заявлении на имя главы регионального департамента здравоохранения. Направлены обращения в Следственный комитет, прокуратуру, Администрацию Президента.

Основанием для подачи жалобы, со слов женщины, явились «неправильное лечение, отказ от оказания медпомощи или несвоевременное ее оказание, ухудшение состояния здоровья пациента, невнимательность, причинение вреда здоровья (а именно оставление человека без присмотра в опасности), халатность, утаивание обстоятельств, представляющих для здоровья или жизни пациента опасность».

«Некомпетентность, лень или недооценка всей серьезности ситуации при выполнении своих должностных обязанностей, пренебрежение исполнением должностных обязанностей врачом повлекла за собой смерть человека! Ущербность, заключающаяся в зафиксированном событии ухудшения самочувствия пациента, а затем и к его смерти, которое имеет прямую зависимость с лечебными процедурами или их отсутствием!», - пишет вдова.

Она просит провести проверку правомерности действий лечащего врача, которые, по мнению родных, привели к значительному ухудшение состояния здоровья пациента, а затем его смерти. В частности – соблюдался ли рабочий график медика.

«Я, Петрова Л.Н. смогла дозвониться до врача Тузовой А.А. три раза – 31 декабря, 3 января и 6 января. В остальные дни врач отдыхал», - пишет в заявлениях жена умершего.

Также она задает вопрос - почему пациент не был переведен в реанимацию, если началось значительное ухудшение его здоровья?

Возможно, в этой истории много эмоций и горя родных, потерявших близкого человека. Но в основном и самом главном она повторяет ситуацию, с которой столкнулась наш главный редактор, чья мама умерла в терапевтическом отделении Центральной городской больницы 9 января. До этого она лежала в ковид-отделении на Тутаевском шоссе, куда зашла на своих ногах и откуда была выписана 4 января лежачей. Через два дня – в тяжелейшем состоянии новая госпитализация, поиск «платной скорой», которая переполнена вызовами. И опять – «врачей нет, все отдыхают», «ждите, когда закончатся праздники», «а что вы хотите, такая болезнь», «у нас на одного врача 70 пациентов, а он еще в приемном покое со «скорой» поступивших оформляет», «санитарок нет, их сократили, вы самим будете с мамой сидеть, нужно приходить каждый день и за ней ухаживать»… И такой же исход: человек не дождался, умер. Не дождался двух дней до начала рабочей недели и нормального графика работы больницы.

«Претензий к врачам не имею» - такой документ подписала наш редактор в больнице. Написала, так как в противном случае пришлось бы делать вскрытие – и опять после проклятых праздников, когда уже накопилась очередь из «новогодних» покойников. Похороны в таком случае могли бы затянуться на неделю.

«Но я имею претензии. Не к конкретным врачам – они как раз не виноваты, так как работают в системе. После смерти мамы ко мне подошла девушка, представившись ее лечащим врачом. «Но я, к сожалению, ее не видела», - сказала она. «Что же, она в морге, знакомьтесь» - хотелось сказать мне. И хотелось сказать еще много всего. Что в «чистую» от коронавируса больницу свободно ходят родные лежащих там тяжелых пациентов и нанятые сиделки – потому что нет санитарок. Что, возможно, если бы маму быстро и качественно обследовали профильные специалисты – не по телефону, а очно, она была бы жива. Если бы перевели в реанимацию... Если бы, если бы. Написать об этом меня просили и лежащие в палате с мамой женщины – они жаловались, что почти за неделю врача видели редко, и как манны небесной ждали окончания праздников – «когда же нас начнут лечить»… Я хочу верить, что дождались. Так вот, господа руководители от здравоохранения. Я предъявляю вам претензии от всех тех, у кого близкие умерли в эти праздники в больницах. От всех тех, кому говорили – «подождите, закончатся выходные…» От всех тех, кто умер, и не дождался».

Ольга ДЕМИДОВА