Своей историей Эмин Добарджич поделился в социальных сетях.

Дядя Эмина, доктор наук Мухарем Добарджич, скончался в Загребе. Ему был 91 год. Его племянник живет в Ярославле. В паспорте не было шенгенской визы, поэтому он отправился в посольство Хорватии в Москве. Ему пояснили, что выдачей виз занимаются евробюрократы и быстрым процесс не будет, несмотря на исключительные обстоятельства.

В результате мужчина принял решение не дожидаться визы, а попытаться добраться до Загреба самостоятельно. Для начала отправившись в консульство в Белграде, а если не выйдет – «пробираться через границу партизанскими тропами нелегально». Но в консульстве сказали, что визу будут делать не менее 15 дней.

«Изучив карту и вспомнив бурную молодость, я решил попробовать пройти на территорию благословенного Евросоюза в районе сербского города Шид. Здесь есть небольшой участок сухопутной границы, основная часть границы между Сербией и Хорватией проходит по рекам Дунай и Сава. По сухопутному участку проходят параллельно друг другу шоссе, железная дорога и автобан, соединяющие Сербию и Хорватию. Пограничный переход находится в 4 километрах от Шида. Местные таксисты никакой полезной информации мне не дали. Я отправился на переход, показал сербским пограничникам свидетельство о смерти дяди и спросил, не помогут ли они мне избежать внимания их хорватских коллег. Они выслушали меня с участием, но сказали, чтобы я эту идею оставил. Тут граница Евросоюза, в небе - дроны, на вышках - тепловизоры, не ходи, братко, проблем не оберешься», – рассказывает Эмин.

Мужчина поблагодарил пограничников, развернулся от перехода назад к Шиду и через полкилометра свернул в кукурузные поля.

«Прикрываясь лесополосой, я перешел железную дорогу и направился в сторону границы. Немного в стороне я увидел два огромных дуба. Я свернул к ним, чтобы отдохнуть от жары под их сенью. Через пять минут подошли двое худощавых высоких чернявых парней, увешанных пятилитровыми пластиковыми бутылками. Между дубами оказался колодец, и нелегальные эмигранты, которые бедовали где-то в приграничной полосе в ожидании оказии перейти границу, начали наполнять их водой. Я же двинулся дальше вдоль лесополосы по краю кукурузного поля. Поле закончилось, за ним была граница, то есть ров, заполненный водой по колено, а сразу за ним - ровная полоса шириной метров десять. Она мне не понравилась: если и есть тут тепловизоры и датчики движения, то им тут самое место», – пишет Эмин.

Добарджич переправился через ров и стал из него наблюдать за ситуацией. Дронов было не видно, поэтому он, дождавшись, когда по железной дороге пойдет состав, перебежал через полосу и нырнул в другой ров, который шел вдоль другого поля, уже хорватского и подсолнечного, перпендикулярно границе.

«Пробравшись на сотню метров вглубь в зарослях второго рва, я занырнул в подсолнухи. Они были высотой мне по грудь или ниже, поэтому я перемещался по ним согнувшись в три погибели. Очень кстати был закат солнца. Я решил, что людям, наблюдающим за границей, солнце будет светить в глаза и давать блик в оптические приборы. Похоже, что так все и вышло. Я благополучно прошел несколько километров в этих подсолнухах и вышел на небольшую, местную, но асфальтированную сельскую дорогу. Выждав на всякий случай в кустах минут сорок, я вышел на нее и двинулся в хорватский поселок Товарник. Было около десяти вечера, в центре поселка еще работал бар. Я заказал одну за другой две литровые бутылки моей излюбленной минеральной воды и с наслаждением их выпил. В ходе многочасовых хождений по жаре я потерял много воды», – рассказал путешественник-нелегал.

Поскольку было уже поздно, Эмин принял решение заночевать в лесу. Там было тепло, он нагреб листвы и лег спать.

«В лесу было много светляков, вокруг меня иногда шуршали виноградные улитки, но они мне не мешали, и я уснул. Проснулся я посреди глухой ночи, оттого что пошел дождь. Мне стало совсем невесело, потому что в прошлую ночь в Белграде была натуральная репетиция всемирного потопа. Если бы началась вторая его серия, то мне бы пришлось очень кисло. Но дождь, покапав немного, решил мне не досаждать и вскоре прекратился. Рано утром я двинулся в поселок и сразу сел на местный автобус, который доставил меня в город Винковци», – рассказывает Эмин.

Там он купил билет на поезд до Загреба и добрался до нужного места. Дядю Эмина похоронили в минувшую пятницу, а во вторник вечером Добарджич уже вернулся в домов в Ярославль.