Как рассказал 52-летний Константин Макаров, произошло все внезапно. Он упал на бок, затем появились тошнота, рвота и сильная боль за грудиной. Скорая доехала до деревни за 20 минут, но состояние пациента продолжало ухудшаться.
Я помню, что врачи скорой говорили пульс 60, пульс 40, пульс 20. Мы его теряем… Как привезли в приемный покой ЯОКБ - не помню. Когда очнулся, то был весь в трубках, в реанимации, и строгий доктор сказал, что необходима экстренная операция, мне было так плохо, что я был согласен на все
В Ярославской областной клинической больнице в тот день дежурил торакальный хирург Александр Горский. После проведенной диагностики он четко поставил диагноз – спонтанный разрыв пищевода. По статистике эта патология при жизни выявляется лишь в 20% случаев, а вот летальность при этом составляет 80%. Александру Горскому стал помогать еще один хирург – Евгений Тришин.
Специалисты говорят, что при такой патологии разорванный пищевод, как правило, удаляют. Это позволяет сохранить жизнь пациента, но вместе с тем обрекает на длительное питание человека через трубку в животе и последующую большую операцию по созданию искусственного пищевода. Но ярославские медики решили сохранить пациенту его пищевод. Операция длилась 3 часа. Пациента было решено вести с помощью эндопищеводных вакуумных систем. В этом хирургам помогали врачи-эндоскописты.
Два или три раза в неделю приходится менять эти системы. Основная роль эндоскописта - это точно позиционировать систему в области разрыва
Одной операцией дело не ограничилось, пришлось вскрывать в грудной клетке образовавшиеся гнойные затеки. Впрочем, с этим с помощью проколов грудной клети справились ярославские врачи. Пациента постепенно возвращали к жизни. Только в реанимации Константин провел целый месяц, а само лечение заняло 4 месяца. Мужчина перенес 17 операций, а отправился домой, где его с нетерпением ждала семья и маленький сын. Самое главное, что сейчас Константин может питаться сам, через рот.
